Российская цифровая трансформация: Топ-3 «достижений»

Российская цифровая трансформация: Топ-3 «достижений»
Российская цифровая трансформация: Топ-3 «достижений»
25 октября 2021, 17:08ПолитикаФото: piwigo.1mediainvest.ru
Авторы «Нового века» делятся своим видением «успехов» цифровизации в России в последние годы.

Третье место – система маркировки лекарств

Обязательная маркировка движения лекарственных препаратов введена с 1 октября 2020 года. Эксперимент по её внедрению длился с 2017 года, к концу 2019 было официально заявлено, что все работает просто замечательно и эксперимент превратился в суровую реальность, определенную федеральным законом.

Суровая реальность немедленно показала зубы, причём очень вовремя – в разгар второй волны ковида. Ряд аптек просто встал, и люди, больные обычными заболеваниями, не связанными с ковидоистерией, которым и так резко снизили доступность к медицинской помощи, столкнулись с невозможностью аптек продать привычное лекарство, которое – вот оно лежит на полке.

Просто система не принимает код. Или обрабатывает некорректно. Да ещё и делает это за какое-то совершенно неадекватное время. Да ещё и без малейшей возможности оспорить явно ошибочные решения алгоритмов.

Виноваты, конечно, оказались тупые фармацевты, которые даже данные внести корректно не могут. Но перед лицом роста смертности от обычных заболеваний власть не рискнула давить и ввела специальную схему 702, так называемую «упрощёнку».

Эта схема предполагает, что великой цифровой системе МДЛП не разрешается принимать никаких решений и давать какие-нибудь разрешения. Работа носит уведомительный характер: аптека вносит данные, система их принимает и как-то там у себя пережевывает без каких-либо результатов для рынка.

Эта свобода была предоставлена до 1 июля 2021 года. Даже минимальный смысл системы, которая предназначена определять контрафакт и прочие гадости, которых на аптечном рынке практически не бывает, немедленно исчез.

Просто аптекам добавилось бессмысленной работы. Но они как-то худо-бедно применились к тому, что теперь дурацкой отчётности, мешающей обслуживать людей, стало больше. А систему в это время совершенствовали.

Досовершенствовали её до того, что пришлось принимать решение о продлении «упрощенки» до 1 февраля 2022 года. Потому что выяснилось, что только импортных лекарств зависло на складах 40 миллионов упаковок 450 наименований. А поскольку отечественных лекарств, особенно – для более или менее сложных заболеваний, у нас небогато, это было равносильно полному коллапсу лекарственного обеспечения народа.

Теперь аптеки, потыкавшись в систему и понимая, что она как мешала работать, так и мешает, накапливая не решения, а ошибки, бросились умолять правительство продлить упрощенную схему и после 1 февраля будущего года. Аптечные объединения хором грозят системными сбоями и невозможностью дать людям необходимые им лекарства.

И, скорее всего, им опять пойдут навстречу – слишком высока цена вопроса в условиях, когда надо изобретать всё новые и новые волны коронавируса и сокращать доступность людям бесплатных медицинских услуг. В этой стратегии выталкивания людей на самолечение аптеки начинают играть ключевую роль, и с их позицией придется все больше и больше считаться.

Второе место – безбумажный документооборот для соглашений о защите и поощрении капиталовложений (СЗПК)

Соглашения СЗПК – это специфический режим для инвесторов, которым на период действия сохраняется неухудшаемый налоговый режим и даются кой-какие льготы. На самом деле, это как скидка в супермаркете, которая не бонус для покупателя, а всего лишь продажа ему товара по нормальной цене, с нормальной прибылью для производителя и торговца, просто без оголтелой жадности. Но подается это как великое благодеяние.

Так и СЗПК – в нормальной экономике любое предприятие функционирует на подобных условиях. У нас человеческие условия ведения бизнеса худо-бедно гарантируются только в каких-то специальных режимах.

Создание СЗПК приписывают минэкразвития Решетникову. Очень он многое под это дело обещал более высоким людям, до которых в какой-то момент донесли свежую для них мысль, что инвестиции в основной капитал в стране неуклонно падают и что это не очень хорошо. К концу 2020 года Решетников обещал заключить около 20 СЗПК, по которым придут инвестиции на триллион.

Получилось 9 и на общую сумму 135 млрд. Это провал, но у нас такими провалами принято оперировать, повышая ставки. В экономике они там, может быть, разбираются и не очень, а опыт завсегдатаев казино чувствуется.

Поэтому Решетников пообещал за 2021 год уже 100 соглашений общей суммой на 2 триллиона. Пока что набрал всего 300 млрд.

Тут до Штирлица начало доходить, что что-то не так, надо это не так найти и доложить о том, как мощно его сейчас исправят. В качестве «не так» в нашу эпоху цифровых трансформаций был выбран бумажный документооборот. Инвесторы, дескать, не идут из-за бюрократических бумажных барьеров.

Это при том, что СЗПК как раз на снятие этих барьеров и заточен, только почему-то барьеры теперь переместились на этап заключения самого СЗПК. Ну, точно, как с ЕГЭ, который должен был искоренить вузовскую коррупцию при поступлении, но вместо этого обеспечил коррупцией ещё и целую систему приёмки ЕГЭ на уровне среднего образования (а заодно открыл новые коррупционные каналы в вузах, куда стобалльные отличники из самых прогрессивных республик, не умеющие без ошибок написать собственное имя, теперь несут деньги каждую сессию).

Было решено, что СЗПК будут заключаться в самой прогрессивной государственной информационной системе, которая исключит бюрократизм и резко ускорит сроки реализации проектов. Сразу же и нормативные документы приняли – никаких впредь бумажек.

В результате система оказалась в принципе неработоспособной. Теперь Минэкразвития вынуждено проталкивать специальное постановление правительства, чтоб отыграть всё назад. Конечно, аппаратный гений Решетникова подсказал, что так уж откровенно не надо. Было придумано, что постановление предназначено для введения нового, более прогрессивного порядка.

Прогресс весь заключается в том, что в СЗПК теперь разрешается учитывать скачки курса рубля, которые, можно подумать, так-то никто и не думал в расчёт брать. А главное – впроброс, мелким шрифтом, среди прочего: бумажная форма заключения соглашений сохраняется на неопределенный срок, пока великая государственная информационная система «Капиталовложения» не заработает так, как должна была заработать ещё год назад.

Первое место – государственная информационная система ТЭК (ГИС ТЭК)

ГИС ТЭК начали создавать аж 2013 году, чтобы аккумулировать в одном месте все данные о состоянии топливно-энергетического комплекса, а потом накрутить на это всякого искусственного интеллекта, чтобы давал прогнозы. Выделили сходу, чтоб не мелочиться, без малого миллиард, от которого до исполнителя дошло примерно миллионов 600. И только через год, и только после скандала, устроенного Счётной палатой, которая зафиксировала освоение денег на невыполненные в принципе работы.

600 млн – тоже деньги. Поэтому разработка ГИС ТЭК свелась к искам между уполномоченным со стороны государства Российским энергетическим агентством и мутным подрядчиком «Ланитом». Так оно и тянулось аж до 2020 года, когда бывшего замминэнерго Тихонова приняли под белы ручки, а чтоб ему одному скучно не было – и топ-менеджеров «Ланита» закрыли, а ещё одного подрядчика «Информационные системы связи и безопасности» обанкротили.

Тем не менее, какие-то огрызки системы были введены в действие в 2019 году. Правда, немедленно выяснилось, что система, предназначенная для сбора данных о ТЭК не способна прямо стыковаться с информсистемами корпораций-субъектов ТЭК. Т.е. не может выполнять ту единственную функцию, которая в неё на первом этапе закладывалась.

Работу, которую должно было сделать государство через привлеченных подрядчиков, аккуратно переложили на компании, которые должны предоставлять данные. При этом те из них, кто вообще осмелился кулуарно открывать рот по этому поводу, говорят, что обязанность у них появилась, но под неё не дали даже технического задания.

Весь этот скверный анекдот продолжал неизвестно как существовать ещё полтора года, чтобы в нынешнем сентябре была собрана специальная комиссия по внедрению ГИС ТЭК и этой комиссией было объявлено, что «развитие системы на базе существующих проектных и технических решений ГИС ТЭК в составе отдельных программных модулей, введённых в эксплуатацию, нецелесообразно». В переводе на русский язык это означает, что есть какие-то несостыкованные куски неработоспособного кода, который править нет смысла, надо всё писать с нуля.

Ну, и напишут. Теперь это будет называться «Национальная энергетическая платформа». Конкурс на её создание завершится уже в начале ноября. И цена вопроса там уже не миллиард и не сотни миллионов, а неполных 30 млн. руб.

Вот только за эти деньги подрядчик должен «сформировать положения и концептуальные подходы, а также подготовить обоснование затрат с учётом опыта внедрения и эксплуатации ГИС ТЭК. Чувствуется, что с таким подходом дело пойдет. Куда придёт, прогнозировать сложно, но на этот раз миллиардом дело вряд ли ограничится.

Авторство данного материала принадлежит телеграм-каналу «Новый век». Текст размещён с минимальной редактурой, мнение редакции может не совпадать с мнением авторов «Нового века».

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter