Кто не стрижет своих овец...

Кто не стрижет своих овец...

Кто не стрижет своих овец...

25 марта 2013, 11:20
Общество
Кто не стрижет своих овец...

Когда все букмекеры хором сулили удачу на ватиканском конклаве негритянскому проповеднику, а группа Femen гарцевала у Собора Парижской Богоматери, целая плеяда отечественных авторов – от Максима Шевченко до Сергея Маркова – хором заявила, что наша страна осталась в этом мире последним форпостом и хранителем христианских ценностей. Признаюсь, эта логика подействовала и на меня. Действительность оказалась другой. Форпосты сопротивления действительно обозначились – только как раз не в России. Показало себя католическое духовенство, показали себя связанные одной трубой Иран и Пакистан, показал себя – в споре с теми же голубями – Израиль, показала себя Венгрия и наконец, Кения. Это еще, конечно, не ситуация 2007 года, когда Вашингтону пришлось устраивать переворот в Таиланде, чтобы представитель правительства Таксина Шинаватры не прошел при поддержке Китая на пост генсека ООН. Но тем не менее, ситуация достаточно обидная для Америки. Мир уже привык к тому, что Америка принимается за политический шантаж ровно тогда, когда вашингтонскому боссу, независимо от цвета, нужно доказать, что он мачо, а это не доказывается. И в таких случаях ищется удобный объект, на котором этому боссу комфортнее всего оттоптаться. Отличие нашего милого кризисного времени заключается в том, что помимо рычагов монетарного управления, в наше время широко применяются рычаги санкций и конфискаций. Впрочем, о том, что такая практика рано или поздно начнется, можно было догадаться и до кризиса. Не случайно же в 1993 году появилась организация Transparency International, в 1999 – Financial Action Task Force, а в 2006 – Проект по сообщениям об организованной преступности и коррупции (OCCRP), специально для Восточной Европы. Именно с агентурой OCCRP работает по нашей стране Уильям Браудер, поражающий всех странным крохоборством: ради чужих, украденных не у себя 150 тысяч он «ставит на уши» все полицейские ведомства, например, Латвии или Молдавии. Впрочем, особый интерес этот как бы частный инвестор уже многие годы проявлял к Кипру. Нельзя сказать, что первые неприятности у наших граждан и их денег за рубежом возникли сегодня. Когда в 1995 году в Майами задержали главу концерна «Русское золото» Владимира Таранцева, Сергей Ервандович Кургинян написал замечательную статью «Десять негритят». И таких неуслышанных предупреждений было множество. Вот одно из недавних – в связи с исполнительными актами (указами) президента США, подписанными в мае 2011 года. А самое последнее предупреждение поступило непосредственно от Джеймса Клэппера, который в своем докладе поставил Россию в один ряд с Гвинеей-Бисау по показателю «злокачественного сращивания организованной преступности с частью чиновников, спецслужбами и бизнесом». Нельзя сказать, что для отечественных политиков и СМИ было секретом то положение, в котором оказался Кипр – не столько финансовое (дефолт подходит только в июне), сколько политическое. Поскольку на это государство мировой истэблишмент, десятилетиями пользовавшийся оффшорными услугами, вдруг показал пальцем: вот он, жирный кот! Нельзя сказать, что российский правящий класс не был знаком с кипрским. За то время, которое провела у власти Партия трудового народа Кипра (АКЭЛ), весь кипрский правящий класс можно было посадить в один карман одной из наших госкорпораций, тем более что с открытием газа на кипрском шельфе у них там появился второй интерес, кроме всем известного первого. На первых порах Россия Кипру помогла, хотя и во вдвое меньше размере, чем Исландии. А в прошлом году уже получил от ворот поворот от Игоря Ивановича Шувалова. Сейчас Игорю Ивановичу приходится выслушивать предложения, запросы и мольбы от совершенно незнакомого человека. По той причине, что на кипрских выборах партия АКЭЛ проиграла, хотя наша страна могла бы этой партии помочь. Причем не обязательно деньгами. Те проблемы, которая имела правящая (до этого года) партия Кипра во главе с Димитриосом Христофиасом – это те же самые проблемы, которые имела партия Бойко Борисова в Болгарии, или партия Зорана Янковича в Словении, или партия Яниса Урбановича в Латвии. Это был нещадный и каждодневный словесный прессинг – информационным его назвать нельзя, поскольку текст «А ты кто такой? Давай, до свидания» информации не содержит. Колонизаторы соблазняли индейцев стеклянными бусами. Столь же немудрящими, как бусы для дикаря, товарами торгуют на так называемом информационном рынке. Их всего два, они даже называются на одну и ту же букву – fun и fear. Итальянским, чешским и польским юнцам за гроши скармливали fun. Соседям Ирана и Северной Кореи, в том числе таким искушенным, как Япония или та же Саудовская Аравия, скармливают fear. И это немудрящее скармливание окупается цифрой со множеством нулей: те, кто поддается на fear, раскошеливаются на оружие, а кто поддается на fun – ставит собственную страну в такую позу, что из нее потоком убегают деньги. Агентство Reuters подсказывало Кремлю назначить главой Центробанка Сергея Юрьевича Глазьева, который раньше всех начал говорить о деофшоризации. В этом случае, даже без Христофиаса в Никосии, российское руководство могло бы перехватить процесс и его возглавить, как это сделал Ватикан с проблемой кардинальских излишеств. И точно так же, как с Ватиканом, это вопрос, который стоит цифры с множеством нулей. Но инициатива была потеряна. Она досталась в руки кому угодно – от блоггера Мальгина до корпоративного шантажиста Навального. И орудия заработали по логике не только местных, но и глобальных разборок: из множества наших депутатов с двойным гражданством разоблачители выбрали почему-то только Виталия Малкина – партнера Бориса Иванишвили и Аркадия Гайдамака (при этом почти одновременно наш «большой друг» Мэтью Брайза разразился пламенным текстом в защиту Саакашвили от «руки Москвы» в лице Иванишвили). Теперь процесс в руках конфискующего. Кто не кормит свою армию, будет кормить чужую. Кто не стрижет своих овец, будет пострижен сам. Baa, baa, black sheep… Слово «конфискация» (регулярно, но напрасно употреблявшееся автором этих строк) - наконец-таки прозвучало и с высоких трибун, и с телеэкрана. Когда этой процедуре – под сурдинку то ли демократизации, то ли «дерадикализации ислама» - подвергались сомалийцы, египтяне, тунисцы, ливийцы, это нас как бы не касалось. И даже когда самосожжениям стали подвергать себя наши единоверцы-болгары, ставшие жертвами таких же манипуляций, как и египтяне, отечественный истэблишмент был озабочен только проектом Бургас-Александруполис (который не сумел доселе воплотить из-за собственных междоусобных склок). Между тем форпосту христианства, для начала, приличествует сострадание к чужой беде. Если соединить его с духовной правдой и политической волей, то получится то качество, которое присутствует у реальных форпостов сопротивления и отсутствует у нашей элиты. Оно называется чувством собственного достоинства. Константин Черемных

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter