Сербия как частный случай "диктатуры прозрачности"

Сербия как частный случай "диктатуры прозрачности"

Сербия как частный случай "диктатуры прозрачности"

2 июня 2013, 08:04
Общество
Сербия как частный случай "диктатуры прозрачности"

Комментатор Дмитрий Киселев, решив посмеяться над украинцами, не упомянул еще об одном законопроекте, который чиновники ЕС пытались протолкнуть через Верховную Раду – и не смогли, как и законопроект о «недискриминации». Это был законопроект о создании специального правительственного органа – Антикоррупционного бюро. Казалось бы, голосование Партии регионов против этого законопроекта ставил «донецких» в весьма уязвимое положение. Так, наверное, рассчитывали и в Евросоюзе. Но получилось иначе: оппозиция в итоге хитроумной комбинации молодых регионалов оказалась стравлена между собой, а имидж Юлии Тимошенко, которую либералы с националами хором оплакивали, был хуже некуда обгажен в ходе опроса свидетелей об обстоятельствах убийства Евгения Щербаня. Ближайшие соратники экс-премьера Лазаренко в один голос заявили, что именно он это убийство запланировал в интересах «леди Ю», запутавшейся в отношениях с бандитами. С другой стороны, «донецкие» хорошо знали, что такое «антикоррупционное бюро» на примере соседней Молдавии, равно как и прибалтийских стран, где структуры с таким названием выполняют функции инструмента колониального надзора и селекции чиновничества и бизнеса на «правильных» и «неправильных». Отказ от такого подарка и был причиной прибытия Януковича в Сочи 25 мая. Поняли ли это в Кремле? Незадолго до мероприятия Евразийского экономического совета в Москве побывал еще один политик из Восточной Европы – президент Сербии Томислав Николич. О сербах российские гостелеканалы упоминают несравнимо чаще, чем о чехах, не говоря уже о словаках и румынах. Правда, предметом сочувствия являются скорее этнические сербы Северного Косово, чем жители самой Сербии. А правительство, равно как и президент Николич, подозревается в недопустимых уступках ради того же самого членства в ЕС. Действительно, 19 апреля власти Сербии подписали в Белграде «Первое соглашение о принципах нормализации между Сербией и Косово». В ней есть пункт о стремлении к Евросоюзу одновременно Сербии и Косово – то есть автономия, не признанная пока половиной государств мира, уравнивается в правах с сербским государством. Этот пункт 14 и является предметом справедливого гнева как оппозиции, так и Сербской православной церкви. Все остальные пункты касаются подчинения Приштине силовых и судебных структур северных провинций Косово. Не меньше, но и не больше: никакой речи о признании Белградом косовской независимости нет. Другое дело, что Евросоюз хотел бы большего, но Белград не собирается уступать. В принципе и те уступки, которые изложены в «брюссельском соглашении», могли быть не приняты, если бы сербская элита не находилась в том положении, в которое не хочет попасть украинская. Истрия внутренней политики Сербии в этом году – это история непрерывных уголовных процессов. Мишени, как на подбор – хозяйственники: министр пространственного развития, бывший начальник железных дорог… На очереди – глава «Србиягаза», которого принуждают к разделу компании согласно Третьему энергопакету. Рефрен во всех случаях один: коррупция, коррупция, коррупция. Конкретные обвинения касаются контрактов, заключенных с соседней Словенией – так, экс-глава «Сербских железных дорог» Шеренчич обвиняется в закупках локомотивов у соседней страны, а не у своих предприятий. Между тем соседняя Словения, как мы знаем, находится на грани объявления банкротом вслед за Кипром, хотя ее бюджетный дефицит отнюдь не является рекордным. В уступках косоварам обвиняют больше всего премьер-министра и главу Соцпартии Ивицу Дачича. Этот чиновник находится «на крючке» не только европейских контролирующих инстанций, но и ЦРУ: на него накопали компромат о личных связях с двумя наркоторговцами - сербом Дарко Шаричем и черногорцем Радолюбом Радуловичем. Эти имена давно на слуху, но вменить эти связи Дачичу решили, как раз накануне «брюссельского соглашения». А ровно за два дня до его подписания был снят с должности глава сербского УБОП Светислав Джурович: оказывается, он тоже был знаком с Шаричем. Профессиональные антикоррупционисты приписывают Шаричу контроль над половиной кокаина, распространяемого через Балканы, при этом его именуют партнером «русской мафии» – хотя год назад те же разоблачители называли его связным итальянских наркобоссов. Уточнить, где правда, а где домыслы, невозможно: Шарич в бегах. Однако практика победившего антикоррупционизма сводится к кадровым чисткам на основании не решений суда, а произвольно скомпилированной оперативной информации. Накануне визита Николича бдительное агентство OSTKRAFT (тоном, который хорошо знаком постоянным читателям более известного ИА REGNUM), забило тревогу: якобы сербский президент везет в Москву «отравленный поцелуй». А именно – проект соглашения о стратегическом партнерстве. В чем «токсичность» этого продукта? В том, что якобы именно Николич и глава МВД Вучич одновременно, за спиной у Москвы готовят а) экзекуцию «Србиягаза», партнера Москвы по «Южному потоку»; признание Косово; раскол Сербской православной церкви; отказ от поддержки Республики Сербской (автономии Боснии-Герцеговины). На самом деле именно глава Республики Сербской Милорад Додик отказал в поддержке приехавшей к нему делегации из Северного Косово, ссылаясь на невозможность пересмотра Дейтонских соглашений: мы вам сочувствуем, сказал он, но решать ваши проблемы должен Белград. А Белград находится «под колпаком» местного Антикоррупционного бюро (SPOK), которое не интересует никакие этнические и культурные чувства, и уж тем более не какие-то неформальные отношения по две стороны границы автономии. Самоуправление Северного Косово поощряет контрабанду, а значит, коррупцию. С полицейской колокольни, с которой смотрит натасканное поколение активистов-антикоррупционистов – наставляемых, вполне возможно, теми американскими дипломатами, которым OSTKRAFT приписывает прямое управление каждым действием Николича – прозрачность первична, а экономика и прочие мелочи – вторичны. В то же время государственная экономическая модель Милошевича давно не существует, и маленькая страна, как и ее соседи, зависят от милости инвесторов. А инвесторов почему-то совершенно не привлекает обстановка перманентной полицейщины. И они не идут ни в Сербию, ни в Словению – с тех пор, как из-за незадекларированного ввоза (не вывоза!) валюты был «прищучен» и подвергнут конфискации единственный местный олигарх, он же мэр Любляны Зоран Янкович, словенский Лужков. Таким же пугалом для инвестиций стала Болгария, когда «жирными котами» были объявлены владельцы крупнейшей торговой корпорации ТИМ, а заодно австрийские и чешские инвесторы местной энергетики. Антикоррупционисты добрались и до президента Боснийской конфедерации Желько Будимира. Недостаточно сговорчивый с Брюсселем политик был обвинен, как и Дачич, в связях с наркомафией, а пока он находился в кутузке, глава МИД (уже не раз присваивавший себе право единолично представлять позицию страны) подписал договор об участии местной BIH Gas в проекте Трансадриатического газопровода. Во всех этих полицейских действиях, обслуживающих политические решения методом «через колено», первую скрипку играет базирующаяся в Сараево «общественная» организация OCCRP – та самая, что собирает досье на родственников президента Азербайджана, а заодно и на родственников главы Духовного управления мусульман Кавказа Аллахшукюра Пашазаде. Та самая организация, которая помогает Биллу Браудеру выслеживать деловые связи предполагаемых убийц язвенника Магнитского. Российские телеканалы, как по команде, разразились праведным гневом, когда в Косово по инициативе Брюсселя было инициирован второй процесс по делу «черных трансплантологов». Осталось незамеченным, что это дело развернуто в отношении отдельно взятой партии (бывшей военизированной группировки) в пользу другой. Хашим Тачи в чем-то проштрафился, либо не устраивает новое, демократическое руководство ЦРУ. Очень возможно, что он и его ближний круг тоже стал предметом конфискации – не все же мыкаться его конкуренту Рамушу Харадинаю, пора бы и его «постричь». Публицисты дружно прозрели, ахают, охают и цитируют «принципиального» спецдокладчика Рика Марти. Зато тот центр наркотранзита, который известен каждому европейскому профессионалу – американская база ВВС Bondsteel – по-прежнему защищен всемирным иммунитетом. Гневаться на безвольного Николича, якобы сдавшего все сербские интересы заодно с российскими, а также клеить ярлыки косоварам только потому, что они косовары - ремесло несложное. Помочь восточноевропейской периферии, находящейся под чудовищным дискредитационно-конфискационным прессингом куда сложнее, особенно если сам российский деловой истэблишмент оказался неспособен защитить себя. ЛУЧШЕ, ЧЕМ НИЧЕГО Нельзя сказать, чтобы российская дипломатия полностью игнорировала Восточную Европу. Сергей Викторович Лавров выглядел чуть ли не смельчаком, возлагая цветы у российского мемориала в Будапеште в один день с демонстрацией местных националистов, поминавших, в свою очередь, жертв большевиков и евреев. Его действия можно было бы считать смысловым вызовом, если бы этот визит странным образом не совпадал с сессией Всемирного еврейского конгресса в Будапеште, где на высший пост претендовал российский магнат Вячеслав Кантор. Стоит ли обижаться на восточноевропейских политиков, когда они, мягко говоря, не слишком полагаются на «руку Москвы», вынужденно соглашаются на условия, диктуемые еврокомиссарами? Стоит ли удивляться, что они покорно подчиняются колониальным полицейским ведомствам, поддерживаемых толпой наемников-антикоррупционистов? Кстати, в этом сословии существенную, хотя и вспомогательную роль исполняют наши сограждане. Ведь из всей колоды отечественных ангажированных «правдоискателей» под пресс попали только Навальный с Удальцовым, и понадобилось больше года, чтобы неприятности коснулись одного из двух лиц, рекомендовавших Навального в Йель – Сергея Гуриева. Второе лицо – а именно Евгения Марковна Альбац – остается с таким же непробиваемым иммунитетом, как военная база Bondsteel. На страницах New Times панегирик болгарским электрическим (на самом деле – экологическим) революционерам ненавязчиво переходит в изобличение болгарских министров в русских и австрийских связях – все помнят, что Австрия еще не отказалась от банковской тайны? Большей симпатией, чем болгарские внесистемщики, устроившие политический паралич с закономерным исходом в прямое «техническое» колониальное правление, на страницах New Times пользуются разве что страдающие от режима Асада сирийские сунниты. Спецкор New Times в Молдавии Наталья Морарь пробавлялась разоблачениями отечественных банкиров и чиновников, а отличилась в итоге исполнением ключевой функции в первой в мире «твиттер-революции» в Кишиневе. Но этот бастион неприкосновенен, хотя последствия ее упражнений, в том числе экономические, четыре года впечатляют своей опустошительностью. Столь же беззаботно чувствуют себя медиа-интриганы, накануне заседания ЕАЭС в Астане наводившие поклеп на Нурсултана Назарбаева, равно как и спровоцированные ими легковерные алармисты. В случае с Сербией Кремль к алармистам не прислушался: не только подписал с Николичем соглашение о стратегическом партнерстве, но и гарантировал инвестиции в «Сербиягаз» в полтора миллиарда. Это вчетверо меньше, чем обещано Чехии, но лучше, чем ничего – учитывая, что Белград обращался к нам за помощью еще в начале 2008 года. Кстати, в Сербии очень рассчитывали на «Уралвагонзавод», поскольку без инвестиций стоял градообразующий металлургический комбинат «Железара Смидерево». Телеканалы не рассказывают нам о том, почему наш патриотический оборонный гигант побрезговал сербским комбинатом – может быть, условия нам (одной седьмой части суши) диктовали чехи, коль скоро в переоснащении ведущего предприятия ВПК нам никак решительно без них не обойтись. Через день после визита в Сочи в Белграде торжественно перезахоранивали короля-эмигранта Петра II, а вечером того же дня Ивица Дачич покорно подписал программу реализации «брюссельского соглашения», о чем в оперативном порядке доложил леди Кэтрин Эштон. Директор канцелярии по делам Косово и Метохии Александр Вулин в знак протеста ушел в отставку. Российские гостелеканалы молчат, и даже бдительные авторы OSTKRAFT почему-то не гневаются нехитрому политическому маневру сербского руководства, рассчитанному на отвлечение электората. И в самом деле, на зеркало ли пенять? Ведь нельзя сказать, что в предоставлении Украине статуса наблюдателя в ТС нет элемента маневра аналогичного назначения – учитывая хотя бы приближающийся съезд Общероссийского народного фронта. Который в медиа-пространстве затмит собой не только сирийскую конференцию, но и судьбоносные не только для Ближнего Востока иранские выборы... Отдельные бдительные перья и в Москве, и в Киеве хором стонут, что Москва прогадала – или наоборот, Киев прогадал. Некоторые даже усмотрели в согласии Украины на статус наблюдателя коварное намерение получить доступ к секретным бумагам ЕАЭС и тут же сбыть их по сходной цене странам НАТО. Мне вот почему-то кажется, что у чешских инженеров на Урале куда более увлекательные возможности по этой части. Правда, о каком суверенитете нашей политики мы говорим, если лорда Мандельсона избрали в совет директоров «АФК-Системы», а правительство РФ взяло себе в консультанты JP Morgan? …Мир сложен и труднопредсказуем – в этом трагедия, но в этом и шанс. Можно посыпать голову пеплом, а можно порадоваться за миллионы русских и украинцев, которые почувствовали себя снова ближе. Эти чувства ни в рублях, ни в гривнах не измеряются, а социальный оптимизм – категория, имеющая как минимум социально-экономическое измерение. Политика состоит из компромиссов, но историю в конечном счете творит не расчет, а дух. Этим и утешимся, разгребая подтексты невротических сиюминутных действий затюканных славянских элит. Константин Черемных Первая часть: Сближение затюканных славян Вторая часть: Что бы мы делали без чехов?

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter